Не теряйте времени и силы, опасаясь Свободы.

«Можете ли вы отклониться от пути, который ваши собратья выстроились для вас? И если вы остаетесь с ними, ваши мысли и ваши действия навсегда фиксируются в их терминах. Это рабство. Воин, с другой стороны, свободен от всего этого. Свобода стоит дорого, но цену за нее не невозможно заплатить. Поэтому, опасайтесь ваших похитителей, ваших хозяев. Не теряйте времени и силы, опасаясь Свободы ». – Карлос Кастанеда

За ужином мой сын упомянул о предстоящем дне святого Валентина и о том, что он получил розу от девочки в школе. Поскольку мой муж был занят готовкой ужина, мой сын спросил меня, может ли он отправить ей цветы. Я кивнула. Мне было любопытно узнать, посылают ли ребята в классе цветы друг другу. Когда я спросила его, он ответил:

«А это разрешается делать?» – спросил сын с широко открытыми глазами.

“А тебе бы хотелось это сделать”? –  я ответила.

“Да, конечно.”

Мой муж вмешался: «Нет, это не обычный поступок. Цветы обычно дают женщинам ».

Я почувствовала знакомую тяжесть в животе, которую я все еще чувствую, когда поднимаются вопросы половой идентификации. Я сказала, что мужчины имеют такие же права выражать свои чувства и делиться ими, вместо того, чтобы упаковывать их под завиток бицепса или замывать их шестью пачками пива, крича на телевизор показывающий футбольный матч. Это предложение скатилось с моего языка быстро и резко, как будто я его много лет репетировали в моей голове. Я собиралась продолжить мою речь про несправедливость половых различий, но что-то меня остановило. Я поймала себя на том, что я слишком остро среагировала. Я на мгновение перестала быть взрослым человеком, и превратилась в маленькую разгневанную девочку.  Я неожиданно вернулась в детство.

Я росла в семье с пятью мужчинами. На протяжении многих лет я была свидетелем того, как они запаковывали внутрь «приятные чувства», которые делали их настоящими, такие как ранимость, доброта и забота. Вместо этого им было позволено выразить только одино из своих чувств : гнев. В частности, один из моих братьев подвергал нас словесному и физическому насилию. Его мишень? Женщины. С тех пор как мне было 3 или 4 года, я слушала его жалобы и саркастические комментарии: «Женщины не могут водить машину. Женщины не могут управлять компанией. Женщины только убирают и готовят – это единственное, на что они хороши и т.д.» Казалось, он наслаждался моими защитными вспышками, когда я выражала другое мнение, но это только подогревало его разглагольствования. Когда я стала старше, насилие стало физическим. Он таскал меня за волосы, затыкал мой нос, толкал и угрожал меня ударить. Трудно было заставить его остановиться или найти места, где можно было от него спрятаться. Вначале мой плач заставлял его останавливаться, но с годами, чтобы эффективно его остановить, мне приходилось все более драматизировать, вырывая свои собственные волосы и бья себя по лицу. В такие моменты он говорил мне: «Ну вот, я всегда знал, что ты ненормальная».

Как и для большинства из нас, большая часть моей личности была сформирована вокруг этих ранних опытов. Когда мне было девять лет, я заболел, и поняла, что болезнь также может быть защитной стеной, удерживающей моего мучителя от меня подальше. Я помню, как я лежала на кровати моих родителей с высокой температурой и ощущала границы кровати как заборы безопасной зоны. Здесь я могла играть со своим воображением и путешествовать далеко. Чтобы оставаться в безопасности, я ела не много, поэтому выздоравливала медленнее. Мне потребовалось тридцать лет на размышления и внутреннюю работу, чтобы понять, какая часть моей личности была сформирована вокруг идеи, что я могу быть в безопасности только в том случае, если я больна или если я каким-то образом причиню себе боль, отказываясь от еды и удовольствия.

Учения Карлоса Кастанеды стали поворотным моментом в моей жизни, который вывел меня на путь к свободе. Когда я впервые встретила его, я была заточена в собственной тюрьме амнезии о том кем я была. Я была поглощена моими слабыми способами самообороны и отсутствием чувства собственного достоинства. Он спросил меня: «Что они с тобой сделали, Чола?»

Кастанеда обидел меня своим вопросом. «Никто ничего со мной не сделал. Я в порядке», – я ответила, вызывающе. Я отчетливо помню его нежную улыбку, наполненную сочувствием. Тогда я ему не доверяла – он был мужчиной, так же как и мой мучитель. Тем не менее, я чувствовала, что он разговаривал с моей настоящей сутью, спрятанной под многочисленными слоями, той частью меня, которая стремилась к свободе.

Я стала одной из нескольких его непосредственных учеников, и, несмотря на то, что мои отношения с ним были строго ученика и учителя, внутри я всегда чувствовал, что он был моим дедушкой. Мои дедушки с обеих сторон моей семьи умерли, когда я был маленькой, и у меня никогда не было с ними никаких отношений. Кастанеда настаивал и поддерживал меня в моей учебе; никто из моей семьи не делал раньше ничего подобного. Он звонил мне, проверяя и помогая мне с домашним заданием, иногда диктуя мои работы по телефону. Он также настаивал чтобы я продолжала наблюдать, за тем как твердо из-за страха я придерживаюсь своего представления о себе, своей низкой самооценки и своей обусловленности. Я боялась что меня будут считать предательницей, которая оставила свою семью. Я дрожала от перспективы перестать быть бесхарактерным человеком; это персона – это все, что у меня было. Но боль, которую я испытывала от моих усилий держаться за нее, была сильнее страха перемен.

«Свобода всегда близко», – сказал мне Кастанеда. – «Вопрос,  рискнешь ли ты прыгнуть?»

Мое обучение под его опекой было строгим. Мы ежедневно, в течение нескольких часов, практиковали упражнения, похожие на боевые искусства. Я начала питаться четыре раза в день, без сахара, без соли, без кофеина и стимуляторов. Я готовила еду дома, за исключением тех дней, когда мы выходили куда либо, чтобы есть вместе с ним. Я изменила свое имя и начала говорить на новом языке, и в первый раз в моей жизни, чувствуя себя сильной и уверенной я прибавила в весе! Я стала студенткой – что-то чего раньше, я думала, невозможно достичь, и сегодня, у меня есть две магистерские степени. Я полюбила знание. И самое главное, я зацепилась за то, что провидцы называют птицей свободы.

Сегодня, я продолжаю придерживаться той же дисциплины, позволяющей мне придерживаться здорового питания, регулярных физических тренировок и занятий мозга глубокими размышлениями, и я намереваюсь делать это до последних моих дней. Я продолжаю преодолевать препятствия, подвергая сомнению убеждения, которые ограничивают меня. Я признала, что моя человеческая ценность не имеет ничего общего с моим полом, физической силой, деньгами или весом, и что не все мужчины похожи на моего брата, и что никто больше не пытается причинить мне боль. Я взяла на себя ответственность за то, что единственный человек, который действительно может причинить мне боль, это я сама. Я поборола свой страх долгосрочных отношений и глубокой любви к двум мужчинам: моему мужу и моему сыну.

Сегодня, для меня свобода – это принятие того, кем я являюсь, включая мои недостатки, мой хриплый и иногда громкий голос. Быть свободной это более не о прорыве границ вне меня. Теперь речь идет о разрыве внутри меня, между моей обусловленностью и моим сердцем. Свобода соединяет и объединяет внутренний раскол и борется за подлинность – мое путешествие, которое продолжает осуществляться.

7 comments on “Не теряйте времени и силы, опасаясь Свободы.

  1. Britt Olofsson on

    Thanks so much for sharing your story Aerin.

    Never give up ,but we do need Leaders to learn from.
    I am a 15 years cancer survivor and autoimmune Dx, has been harder than Ca .to handel, but I learn every Day .
    In 3 months I had 3 surgeries , and lost my sister , my nefew and sister in law in another country and I was not strong enough to travel , but in 3 months I Hope my full strenght will there.
    I met you at C.S.C Many year ago when yoy had classes there.

    Love to you and your family

    Ответить
  2. Assunta Sabina Preziosi on

    Dear Aerin
    I believe that all the women had to fight against some violent in the family, I lived it with my father and with many other men who tried, someone who was able to abuse us. So I understand very well the defense you had put up against men, it is my own defense, it is not trusting men and at the same time seeking among them what can compensate for what has been missing. You found it in Nagual, I only partially in some friend and in my husband who always supports me.
    I also think I would have answered as you did with respect to gender equality, although when I do I always find someone who makes me feel that I am exaggerated, but I am not, instead.
    Today I am willing to live as I am and not as others want me, even if the others are my daughters ….
    I want to be free to speak, if I feel like it, ignoring that I stammer a bit and that sometimes my face takes on strange shapes, and to accept that I am no longer young, without feeling a squeeze in my stomach when I look at my appearance that it is no longer that of youth. For now I don’t take care of myself as I should, both for food and for practice, I’m a bit hit and miss in both cases, but I try not to be too critical with me when I don’t respect the commitments made: the criticism of me it’s what I’m abandoning, trying instead to be welcoming and protective.
    So welcome the freedom to be me, is what I most yearn for right now.
    Thanks for the opportunity to reflect on this issue
    Much love
    Assunta

    Ответить

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *